Русские проголосные песни переселенцев-кунгуряков в с. Большеустьикинское Мечетлинского района РБ Категория объекта:
Вокальные жанры
Этнокультурная принадлежность:
русские
Анкета утверждена:
25.03.2026
Номер объекта:
22-011
Автор-составитель анкеты:
Галиева Фарида Габдулхаевна
ведущий методист отдела по работе с нематериальным этнокультурным достоянием Республиканского центра народного творчества
Аленький цветочекРазмер файла: 9.7 MБ Размер файла: 9.3 MБ ОписаниеПесенный фольклор села Большеустьикинское в репертуаре имеет общерусские песни, бытовавшие в регионах России в XVIII - начале XX вв., но затем там утраченные, но сохранившиеся в Мечетлинском районе с традиционной местной лексикой. Некоторые песни включают местные топонимы и содержат описания элементов одежды прлых столетий (тамбурныфе чулки). Местный «устьикинский распев» характеризуется обрывами слов посередине и продолжением после долгой паузы речитативом, а также влиянием церковного пения: многие носители местной песенной традиции села в Устьикинске пели также в церковном хоре.Справочная информацияОписание
По историческим
сведениям, русские селения Мечетлинского района Башкортостана (в прошлом Златоустовского уезда
Уфимской губернии) основаны
вольными крестьянами во второй половине XVIII
в., преимущественно выходцами из Пермской губернии – Кунгурского уезда
(«кунгуряками»), к которым присоединились
переселенцы из Вятской, Новгородской и других губерний. В отличие от
центральных, западных и южных районов Башкортостана, существенно испытавших
процессы интернационализации и унификации культур, в северо-восточных районах
до сих пор сохраняются многие этнические традиции и традиционный фольклор. Сведения об уникальном песенном
творчестве русских Златоустовского уезда Уфимской губернии имеются в
публикациях действительного члена Уфимского
губернского статистического комитета В.С.
Касимовского. Свои наблюдения над жизнью «кунгуряков» – представителей северорусского этнокультурного
диалекта – он изложил в газете «Уфимские
губернские ведомости» в 1860-х – 1870-х гг. Он указал на голосовое своеобразие
исполнителей песен, отметил, что летними развлечениями населения были хороводы,
на которых «женщины и девицы поют
непременно не тонкими, а толстыми голосами, и в этом случае составляют контраст
с заводскими и удельными женщинами и девицами». Речь «кунгуряков» В.С.
Касимовским определена как «Велико-Пермская», «В разговоре слышны акценты на букву О; согласные, зубные Ц, Т, Ш вместо
небных Ч, Щ, например, цево, шти, доць, пишшик, вместо чево, щи; дочь; писчик
(писарь)». В лексике немало местных слов, непонятных для других русских, в
том числе колды – когда, онолды – иногда, оболочись – одеться, варгать – разговаривать, баять – говорить
и др.. Записи песен «кунгуряков» Уфимской губернии в 1906 г. сделал псаломщик
с. Казанцево Бирского уезда А. Данилов. В репертуаре местных жителей он отметил
активное бытование старинных протяжных песен, безвозвратно утерянных в других
местностях, большинство из которых семейной тематики. А. Данилов указал на
сложность исполнения местных протяжных песен: «Семейныя песни трудны для исполнения, требуют много голосов и очень
развитаго слуха. По крайней мере, я, обладая порядочным слухом, при всем
желании не мог усвоить мотива некоторых наиболее интересных песен. Переходы в
них из тона в тон в некоторых частях едва заметны, и едва ли их можно передать
нотами.<…>. А. Даниловым описана мелодика местных протяжных песен: «Печальные звуки то повышаясь, то понижаясь,
постепенно растут, начинает уже слышаться надежда избавиться от безысходнаго
горя; наконец, забравшись в самую высь, мотив достигает критическаго, жуткаго,
момента, – еще одно
последнее усилие, один едва заметный переход, и мотив принял бы спокойный
ровный тон, но нет, мотив сразу с верхних нот опускается в низкия ноты; руки
ослабели и не выдержали тяжести, и она рухнула вниз; и вот тяжесть всею массою
опять наваливается, опять делаются усилия поднять ее и свалить с себя, и снова
не достает силы на последнее усилие, и снова огромная тяжесть сразу сваливается
вниз». Другие протяжные песни имеют «важный напев; звуки тоже имеют едва заметные, но сильные переходы; в
таких песнях слышится сила, мощь». А. Данилов выяснил, что песенники знают
немало городских, солдатских и «острожных» песен. Молодежь собирается
небольшими группами, играют в гармонику, иногда танцуют „кадриль",
вечерами ходят по улице и выкрикивают, а не поют, частушки, по большой части не
имеющие никакого мотива». В 2013 г. в Мечетлинском
районе под руководством Ф.Г. Галиевой работала фольклорно-этнографическая
экспедиция Института этнологических исследований Уфимского научного центра РАН
(ИЭИ УНЦ РАН). Сбор материала проведен в с. Большеустьикинское (осн. 1880) и с.
Малоустьикинское (1880). Запись фольклора осуществлена от участников
фольклорного ансамбля «Рябинушка» и отдельных групп исполнителей. Выявлено региональное
своеобразие, диалектные особенности, сохранение песенных традиций в русском
селе, удаленном от промышленных центров. В настоящее время традиции русского фольклора Мечетлинского района
развиваются во многом благодаря деятельности народного ансамбля русской песни
«Рябинушка» (1981). Как сообщает
руководитель ансамбля «Рябинушка» заслуженный работник культуры РБ В.М. Сизова,
целью деятельности коллектива изначально было собирание, сохранение и
пропаганда местного русского фольклора. Первыми участниками
коллектива стали жители села Большеустьикинское в возрасте от 55 до 75 лет,
по профессии учителя, работники детских садов, колхоза «Серп и Молот». В
настоящее время в коллектив вливаются более молодые участницы. Более чем за 45 лет они собрали значительную коллекцию
фольклора Ансамбль носит звание
«Народный». Он обладатель президентского гранта (2011) на реализацию творческого
проекта «Создание сборника видеоматериалов, издание словаря «Жемчуга творении
народных (Сбор, систематизация и развитие культурного наследия, традиций
и обрядов русской культуры с. Большеустьикинское Муниципального района Мечетлинский район
Республики Башкортостан)». На грантовую поддержку выпущен сборник
«Песни села Большеустьикинское» (Большеустьикинское, 2011); «Словарь диалектных
слов»; «Особенности костюмов»; «Обычаи и обряды села Большеустьикинское
(7 дисков)». Ансамбль «Рябинушка» — участник многих форумов, фестивалей и
конкурсов. Удостоен медали на форуме «Образовательная среда» на ВДНХ
г.Москва (2010), Гран-При на Межрегиональном конкурсе русской песни и частушки
в с. Емаши (2011), Диплом лауреата XXI всероссийского Бажовского фестиваля
г.Кыштым Челябинской области (2013), Диплом лауреата III степени Межрегионального фольклорного
фестиваля-конкурса «Июньская карусель» в Ивановской
области (2020) и др. Фольклор с. Большеустьинское опубликован в сборнике «Проголосные
песни села Большеустьчикнинское» (2010). В него вошли плясовые песни («Акуля», «Никонорка»,
«Лен», «Во лузях», «Я вечор молода»), лирические («Аленький цветочек», «Как над
Невой пар клубиться», «Там в саду при долине», «Золотые вы песоцки», «На том
ли, поле серебристо», «Русалочка», «Липа вековая», «Мамаше дочерь говорила», «Мамашенька
бронится», «Пускай могила меня накажет», «Потеряла я колецке», «Над серебряной
рекой», «Несцясная родилась», «Молодка», «Прошшай жись», «Бедная пташецкя», «Во
субботу день не настной», «Ой не спосохнет», «В тиши ночной», «Шел мой милый»,
«Я по бережку спохаживала»), солдатские («Вдоль по линии Кавказа», «Далеко от
родимого дома», «Над лесом солнце воссияло», «Тихие речки, быстрые струйки», «Сказак
казак, через долину», «Знаю ворон твой обычай», «Как над невой пар клубится», «Последной
нонешний денечек», «Ехали солдаты»). В расшифровках словесных текстов за основу
был взят принцип отражения произношения слов, а не их орфографического
написания: ска жетца, воро титца, остано витца, покло нитца, на шево, ево
(него). Также встречается изменение звуков в словах: навя нуло (навинуло). Репертуар села
образуют традиционные общерусские песни, бытовавшие в XVIII
– начале
XX вв., утраченные в других регионах России,
сохранившиеся в с. Большеустьмкинское. Многие из них включают местные топонимы.
Например, в песне «Акуля» дается указание на то, что хороший
дикий хмель растёт «на тыцине-баргацине», то есть в окрестностях д. Бургаджино. В шуточной песне «Никанорка» молодого парня народ поднял на
смех, так как он «спохмелился» и «вдоль по Шадриной (ныне ул. Советская) потопал
босиком». Песни дают сведения о традиционной одежде русского населения более
столетия назад, например, носили «тамбурны ц`юлки», то есть кружевные,
узорчатые, связанные крючком чулки. Местный «устьикинский
распев» характеризуется обрывами слов посередине и продолжением после долгой паузы речитативом, а также
влиянием церковного пения: многие носители местной песенной традиции села в
Устьикинске пели также в церковном хоре. Техники/Технологии, связанные с объектом
Работа с
руководителем фольклорного коллектива, опираясь на традиции местности. Лица, имеющие отношение к ОНЭД
Галиева Фарида
Габдулхаевна, доктор филологических наук, кандидат исторических наук,
исследователь русских Башкортостана. Организации, имеющие отношение к ОНЭД
Республиканский
центр народного творчества Министерства культуры Республики Башкортостан.
Предметы, связанные с объектом
Историческое бытование
Формы сохранения и использования объекта
Источники информации
Сведения об особенностях
Социологический аспект
В 1870 г. в
Уфимской губернии насчитывалось 895 русских селений, в том числе 39
русско-башкирских, 13 русско-татарских, 13 русско-марийских. В 1926 г. в
Башкирской АССР было 4 тыс. однонациональных русских и 300 смешанных селений.
Сейчас сложно найти моноэтнические русские селения, большинство стало
смешанными и многоконфессиональными. С. Вознесенка Дуванского района – редкий
пример почти моноэтничного селения; здесь живет лишь одна татарская семья. Всего
в Башкортостане в 2010 г. русских
насчитывалось 1432906 чел. (35,2 % всего населения). Русское население Башкортостана высоко урбанизировано:
в городах проживает 83% русских. Лингвистический аспект Название
«Рябинушка» исходит из
любимого символа русской культуры. Песни
исполняются с учетом диалектных особенностей местного северо-русского говора.
Характерно смягчение согласных «ц», «к» в неударных слогах в конце слов узкими
гласными «ю», «я», «ѐ»: у лица, се стриця, тя тенькя, молодѐ шенькю, доро
женькѐй, белѐ шенькѐ, ми линькѐй, зелѐ ненькѐм, цвето чкѐм, изображаемая
буквой щ, произносится как [шш]: пу шше, шшо чки. Округлость говора подчёркивают:
гласная «ѐ», которая заменяет звук «е» в суффиксе и окончании слов: после
днѐй, пла тьѐ, го рѐ, пла чѐшь, Серге ѐвна, Олексе ѐвич, любу ѐтся;
окончание [ой] вместо [ый] в прилагательных и существительных: розуда лой,
роди мой, до брой, я блочок; звук «о», употребляемый в начале слова: отвори
лося, Олександр Олександрович, роспла калась. |