Самая крупная община народа мари за пределами Марий Эл находится в Башкортостане – 103 тысячи человек, что составляет 18,9% от их общей численности. Восточные марийцы проживают не только в Башкортостане, но и в Татарстане, Пермской и Свердловской областях. «В 1722 году в Южном Приуралье (в Башкирии) зафиксировано более 1,6 тысяч марийских дворов, в которых насчитывались 4,7 тысяч душ мужского пола. Во второй половине XIX века завершается формирование этнографической группы восточных марийцев. В 1897 году их общая численность составила 106 тыс. человек, из них в Уфимской губернии – более 80 тыс., в Пермской – около 16 тыс., и в Вятской – около 10 тыс.» — пишет в диссертации «Похоронно-поминальные обряды марийцев Республики Башкортостан» кандидат наук Г.М. Изибаева.

Бахтыбаево – село в Бирском районе, расположенное в 25 км к северо-западу от райцентра и в 120 км к северо-западу от г. Уфы. Село основано марийцами по договору 1735 года о припуске на вотчинных землях башкир Шамшадинской волости Казанской дороги. Было также известно под названиями Кужнур, Узун-Ялан. В 1865 году в 87 дворах проживало 546 человек. Занимались земледелием, скотоводством, пчеловодством. В 1906 году зафиксированы министерская школа, две водяные мельницы, кузница, две бакалейные лавки. В советское время село входило в состав колхоза имени И.С. Панфилова, с 1996 года – центральная усадьба СПК имени И.С. Панфилова, с 2005 года – ООО «У корно». О перемене названия деревни существует легенда, согласно которой основатель деревни по имени Пектыбай (Пектывай) построил свой дом на широкой длинной поляне – что по-марийски звучало как «кужу нур». Село назвали Кужнур, потом на тюркский манер стали называть Узун-Ялан (Длинная поляна) и наконец, Бахтыбаево, по имени основателя. По данным 2021 года, марийцы составляют 98% населения.

Массовая миграция марийского населения в Башкортостан была вызвана активной христианизацией народа мари. Хотя марийский народ отличается толерантностью и к православию, и к исламу, что подтверждается заимствованиями в народных обрядах, традиционная религия мари – вера в силы природы, в единство людей и всего сущего на Земле, представленная традиционными богами мари – Юмо, с главным божеством Большим Белым Богом (Ош Кугу-Юмо), – была ближе, понятней и убедительней. А в XIX веке окончательно оформился и утвердился образ Единого Светлого Доброго Великого Бога — Тӱҥ Ош Поро Кугу Юмо.

Марийцы-язычники считают, что существует мир Верхний – небесный, мир Средний – земной и мир Нижний – подземный. Смерть человека является переходом из мира земного в мир подземный. Одним из самых устойчивых обрядов, связанных с верованиями, являются похоронные обряды народа мари. По верованиям народа мари, человек после смерти переходит в иной, загробный мир, где его ожидает другая жизнь.

Дореволюционные авторы отмечали, что марийцы верили в существование семи миров, о пределах которых душа умершего могла переходить из одного состояния в другое до семи раз. Наконец, она превращалась в рыбу и навсегда уплывала в Мировой океан. Однако путь к этой жизни усеян опасными препятствиями и испытаниями.

Обряды направлены на обеспечение благополучного перехода умершего и его души в загробный мир, устранение препятствий на этом пути и создание благоприятных условий для дальнейшего существования покойного на том свете. Пожилые люди обычно сами заранее заботятся о своем погребении: готовят одежду (старые люди предпочитают национальную), полотенца, делают распоряжения, кто будет их обмывать, и т.п. Считается, что смерть приносит дух смерти Азырен, который, перерезая горло, забирает кровь, и тогда душа человека (мар. «чон», «орт», «йанг») покидает тело. В момент смерти зажигали свечу, умирающего старались напоить водой. И в наши дни после смерти человека на подоконник выставляют стакан с водой, рядом кладут серебряную монету, вывешивают чистое полотенце. Верят, что в этой воде омывается душа умершего. Полотенце же, по мнению верующих, считается местом пребывания его души. Луговые марийцы считали, что этим полотенцем ангел смерти вытирал свой окровавленный нож. Затем идут оповещать родных, близких и односельчан.

Тело покойного омывают, зимой в тёплой бане или летом на улице под навесом в тени. Моют его несколько человек (нечётное количество), которых он назначил ещё при жизни, либо люди, не являющиеся близкими родственниками. Мужчин омывают мужчины, женщин – женщины. Моют «в трёх водах» с мылом, воду на покойного льют правой рукой, но «от себя», соблюдая поверье, что покойник воспринимает из загробного мира всё «наоборот», как бы зеркально. Поэтому и одежду не снимают, а разрывают.

«Для обряжения покойника финно-угры использовали как праздничную, так и повседневную одежду. Покойника одевали после того, как его обмывали, остригали ногти на руках и ногах» (Г.А. Корнишина, «Знаково-символические функции одежды в похоронно-поминальной обрядности финно-угорских народов Урало-Поволжья»).

Для покойника готовят и распаривают веник, который используют, имитируя процесс парения. Завершается омовение троекратным поливанием усопшего теплой водой. Все предметы, которыми пользовались при мытье, тщательно собирают, воду выливают подальше от людей и домашних животных. Ногти кладут в гроб — они могут понадобиться в загробной жизни при восхождении в гору (карабкаться). Покойного одевают в одежду, которая должна быть надета хотя бы раз (иначе она не узнаётся им как его одежда). Дно гроба (который называют «домом») покрывают березовыми ветками, поверх которых застилают белое полотно. Под голову могут положить берёзовый веник без черенка или листья (могут положить и перья, если они собраны при жизни покойным поштучно – «посчитаны»; иначе, если положить просто пуховую подушку, на том свете заставят пересчитать каждую пушинку). Покойного укладывают с вытянутыми вдоль туловища руками, иногда надевая на руки варежки или кладут их рядом, как и тёплый запас одежды (предполагается, что загробный мир находится где-то на севере). Кроме того, его снабжают деньгами (чтобы «выкупить свою кровь» у владыки загробного мира), необходимыми предметами, инструментами, едой (блины), гостинцами (орехи, конфеты). На носках обуви помещают монеты или блёстки с тем, чтобы в темноте подземного мира покойный мог ориентироваться. Также кладут нити или ленты трёх цветов. Считается, душа покойного будет качаться на них как на качелях, ожидая сорокового, самого важного для себя дня. Для защиты от подземных напастей в виде змей, собак и для преодоления гор, которые ему встретятся в другой жизни, уже на кладбище покойного снабжают палками.

Сверху покойного укрывают белым полотном, которое в марийском фольклоре стало символом смерти: «Человек уйдет одетый – жди возвращения, покрытый белым холстом – никогда не вернется». Для лица готовят специальные платки (мар. «шӱргӧ шовыч» или «шӱргӧ леведыш»), которые приносят соседи на прощание с умершим. Отрезок холста укладывают со словами: «Да будет покрывалом лица твоего». В гробе («доме») прорезают небольшое окошко, в которое могут поместить монетку как символ солнца. В доме занавешивают зеркала, чтобы душа не заблудилась или не «утянула» живых за собой, ведь человек, покинувший наш мир, становится принадлежностью неведомого, чуждого нам мира, и люди испытывают страх перед покойным, потому стараются не допустить никакой неточности в исполнении обрядов: «чтоб он не вернулся» (не приснился с недовольством), «чтоб счастье живых с собой не забрал».

В Бахтыбаево, как и в других марийских сёлах, родные стараются в похоронных обрядах предусмотреть все потребности покойного, позаботиться о его благополучной жизни в загробном мире и верят, что он становится далее покровителем рода, как и все ушедшие ранее. Для прощания гроб с телом располагают ближе к двери, дальше от матицы, так чтобы покойный «смотрел» на выход – это символизирует готовность к последнему пути (у крещёных – ближе к красному углу, под матицей).

Для похоронного обряда свечи изготавливают вручную из натурального пчелиного воска. Процесс носит ритуальный характер: для фитиля используется суровая нить или бечёвка, затем размягчённый воск слой за слоем наращивают на фитиль, одновременно раскатывая на ровной поверхности. Воск воспринимается как чистый продукт, «пот пчёл», приносимый в дар божествам и предкам, и одновременно имеет очистительную функцию. Свечи располагаются рядом с гробом на поминальном столе и горят постоянно. Во время прощания под гармошку или иной национальный инструмент исполняются похоронные песни.

Тыйынат-лай шушкымет шуылда гын,

Порт воктеке толылден шушкалтал.

Мемнамат-лай ужмет шуылда гын,

Сар лепене лийын толылдал.

(Если у тебя появится желание свистеть,

Свисти, подойдя к моему дому.

Если захочешь увидеть нас,

Приходи, превратясь в белую бабочку.)

На прощание соседи, друзья и родственники приносят еду, водку, деньги, цветы, желают покойному сытной и благополучной жизни на том свете, просят простить за нанесённые обиды и ссоры. Отливают немного водки в посуду покойного на поминальном столе, отламывают блины и просят, чтобы дошло до покойного. Существует обряд переносить через гроб детей из дома покойного со словами: «Оставь свое счастье нам, не уноси с собой». Когда поминальные свечи выносят за пределы дома, считается, что время пребывания покойного в доме завершилось, и его выносят из дома. Несут его вперёд ногами. Перед воротами отрубают голову чёрному петуху или курице, чтобы искупить кровь умершего, обезопасить семью от повторного несчастья. После выноса тела на место гроба производят магическое очищение дома с помощью горячего камня. Также обжигают сухие веточки душицы и приговаривают: «Детей не пугай, скотину не забирай, дом охраняй», (мар. «Пиалетым кодо, портын ямжым ит пытаре»). Затем дома наводят порядок: моют полы, стены, протирают потолок, убирают посуду.

Гроб до конца деревни могут нести на руках, везти на телеге или на машине; музыканты сопровождают, сидя возле гроба, и играют похоронную мелодию (мар. «колышо муро»). Игра на музыкальных инструментах имеет магическое значение – она отгоняет от похоронной процессии нечистые силы.

Могилу (мар. «шугар») копают обычно односельчане, но не близкие родственники. По сведениям Ефрема Емельяновича Калимьянова, народного мастера, на кладбище строят сруб для погребения, который опускается в могилу. Сверху сруб покрывается плашками (брёвнами, распущенными пополам), затем липовой корой, чтобы земля не попадала в «дом». Каждый род хоронит своих родственников на определённом участке кладбища. Могилу выкапывают с расчётом, что загробный мир находится на севере: в направлении с севера на юг или с запада на восток. Для того чтобы выкупить землю у владыки загробного мира (Киямат тора), перед опусканием гроба в могилу бросают несколько монет. Также по сведениям Е.Е. Калимьянова, бахтыбаевцы, в отличие от у соседей-мишкинцев, не устанавливают на могилу шест с кукушкой, но сажают дерево. Далее зажигают три свечи (одну Владыке Киямата, вторую – умершему, третью – ранее скончавшимся родственникам). Тут же поминают умершего ритуальной пищей: блинами, яйцами. Выметают могилу вениками, чтобы «в доме чисто было». Обходят вокруг могилы против часовой стрелки с благопожеланиями. Показывают дорогу к роднику.

Возвратившись домой, топят баню. Поминают покойного на 3-й (мар. «кумытшым чыктымаш»), 7-й (мар. «шымытшым эртарымаш») и 40-й день (мар. «нылле пайрем»). Самым важным считается 40-й день, когда ставят 40 свечей. Сороковой день стараются проводить на 39-й день после смерти человека. Считается, что в этот день его душа навсегда покидает родные места. С утра родственники посещают кладбище, чтобы пригласить умершего и родню на поминки. Обращаются с просьбой: «Вот и настал твой 40-й праздник, приходи на него. Все родители приходите. Помойтесь в бане с нами».

Поминальный стол готовится с утра. Зажигается 40 восковых свечей, которые устанавливаются на отдельном столе. Главная поминальная свеча называется Коло сорта – она служит связующим звеном между миром живых и предков. Она может быть длиной от 50 до 70 см и более и должна гореть на протяжении всего поминального обряда: пока горит свеча, живые и умершие находятся за одним столом. У свечи Коло сорта ставится отдельная тарелка и чашка для умершего, куда понемногу откладывают пищу от каждого блюда. При зажжении этой свечи к предкам обращаются как к живым. Обращаясь к покойному по имени, приглашают его: «Пытартыш корныш лекше (имя), тольӧ, тыште лий» («Ушедший в последний путь, приди, будь здесь»). Затем просят привести с собой всех умерших родственников: «Родо-шочшо-влакым поген кондо» («Собери и приведи своих родных»). Указывают, что свеча зажжена ради их покоя и в их честь: «Сорта волгыж дене тольӧ, сорта волгыж дене кошт» («Приди со светом свечи, ходи при свете свечи»). Кроме того, просят предков о защите, хорошем урожае и здоровье для семьи: «Шочшо-влакым арале, тазалыкым пу» («Береги детей, дай здоровья»). Завершается обращение обычно словами о том, чтобы еда и питьё на столе дошли до них в ином мире («перке лийже» – «пусть будет впрок / в благодать»). Согласно марийской традиции, пища на поминках – это не просто угощение, а дар предкам. Пища должна быть горячей, чтобы души могли «питаться» паром.

- Команмелна – марийские трёхслойные блины, главное поминальное блюдо, символизирующее солнце и вечный круговорот жизни. Первый блин всегда считается долей покойного.

- Шора (или Шюр) – горячий суп. Именно через горячий пар супа душа покойного ощущает вкус и заботу живых.

- Пура (домашнее пиво) или квас – традиционный напиток, который наливают в специальную чашу. Его часто ставят в непосредственной близости от свечи, так как он символизирует жизненную силу.

- Хлеб и соль. На стол кладут целый каравай хлеба, на который иногда и устанавливают Коло сорта. Хлеб – основа жизни, связь с землёй и родом.

- Каша (обычно пшённая или овсяная). Каша из цельного зерна символизирует единство рода и воскрешение (зерно падает в землю, чтобы прорасти заново).

- Туара – творожные сырники или лепёшки. Творог и молочные продукты у марийцев традиционно считаются «чистой» пищей, угодной богам и предкам.

Все основные блюда должны подаваться горячими. На поминальном столе стараются не использовать острые предметы (ножи, вилки), чтобы «не ранить душу», которая незримо присутствует рядом. По сведениям Е.Е. Калимьянова, марийцы села Бахтыбаево не проводят обряд с замещающим покойного ряженым человеком на сороковой день. Одежду покойного могут раздать людям на сороковой день либо позже.

Поминки на 40-й день длятся, пока горит Главная свеча. Считается, что чем больше людей помянет усопшего, тем легче его душе в ином мире. Каждому пришедшему на поминки обязательно дают с собой гостинец (мар. «кучкыж»). Перед тем как погасить свечу, обращаются к покойному: «Твоё время вышло, твой путь освещён. Возвращайся к своим предкам, будь там спокоен и не обижайся на нас». После того как свеча погашена, считается, что «дверь» между мирами закрывается. Огарок (мар. «сорта кодеш») не выбрасывают – его хранят как оберег. Еда, которая стояла в отдельной тарелке прямо у Коло сорта, предназначена только для душ – это доля покойного («Колышо пай»). Её нельзя есть живым, особенно детям. Её либо отдают домашним животным (собаке, кошке), либо выносят во двор в укромное место «птицам небесным», чтобы они донесли весть до предков. Следующие поминки отмечают на годовщину смерти.