Промыслы по заготовке липы получили широкое распространение среди башкир. Среди мелких промыслов выделялись занятия по выработке сырья из липовой коры, которую широко использовали в строительстве жилых помещений и хозяйственных построек, из нее выделывали многие предметы быта.

В своем сочинении «Лесная промышленность в Уфимском уезде» Новиков В.А. описывает практическое применение липы. «В крестьянском обиходе липа и изделия из нее являются на первом плане, крестьяне живут в липовых избах, едят из липовой посуды, сыпят хлеб в короба из липовых лубьев, покрывают последними свои крыши, обшивают ими же сани и телеги; из мочала делают сбрую, кули для муки, рогожи и циновки, заменяющие им ковры и дорожные одеяла, спят на лавках, моются в липовых банях, наконец, работою изделий из липы кормятся в долгие здешние зимы и добывают средства к уплате податей и повинностей».

Крышу, покрытую корой липы, мы увидели в деревне Кандрыкуль Туймазинского района, когда готовили материал о подледной рыбалке, в доме Раяна Талбутдиновича. В 2020 году он основал на личном подворье музей «Колхоз «Красный рыбак» («Кызыл балыксы»), посвященный традициям башкирской рыбной ловли. В музее представлены старинные снасти и инструменты, а также предметы деревенского быта. Раян Талбутдинович является знатоком традиций башкирского народа и может рассказывать о них часами.

По словам Раяна Талбутдиновича, в прежние времена, в детстве он видел, что так крыли жилые дома, и учился обработке липовой коры от старших. По его словам, такой способ покрытия использовался в основном людьми среднего достатка, когда не было возможности покрыть крышу более дорогим материалом. В частности, дом его родителей был покрыт обработки липовой коры.

Заготовка липы, по воспоминаниям Раяна Талбутдиновича, происходила весной или в начале лета, когда деревья наполнялись соком, и кора легко отделялась. Рубили преимущественно  молодые стволы толщиной 15-20 сантиметров, стараясь выбирать те, что имели меньше сучков. Кору, в это время года особенно податливую, надрезали вдоль всего бревна и снимали одним цельным пластом. Следующим этапом было вымачивание. Липовую кору погружали на несколько недель в воду (в данном случае, «топили» на прибрежном мелководье озера Кандрыкуль) придавливая камнями, чтобы дерево не всплывало. Держали материал в воде от двух до восьми недель, в зависимости от температуры воды. В это время происходило разделение слоёв: твёрдые структуры отделялись от мягких волокнистых тканей. Готовая кора могла покрываться слизью и даже приобретать неприятные запахи, но после очистки и промывки получалось чистейшее липовое лыко. А кора находила не менее важное применение в строительстве: её использовали для покрытия крыш домов и хозяйственных построек. Укладывали листы снизу вверх, внахлёст, прижимая к обрешётке вертикально уложенными жердями. Природная структура коры делала её превосходным гидроизолятором, который практически не пропускал воду. Крепили липовые листы с помощью тех же мочальных веревок, позже стали использовать в качестве подкладки рубероид, а в качестве крепежа – гвозди.

Многовековой опыт глубокого, почти безотходного использования даров леса — от строительства жилища до плетения верёвки — является не только свидетельством хозяйственной смекалки, но и ценнейшей частью нематериального этнокультурного достояния, демонстрирующей гармоничную связь человека с природой.