Исследователь башкирских народных игр Гулькай Рахимьяновна Шагапова отмечает, что в игре нередко присутствует ворон – тотемное животное, роль которого в ряде случаев играет Баба Яга или злая старуха, слепой черт, а у башкир какая-то не конкретная, но злая птица. Возможно, в башкирских играх образ ворона утерян, но ассоциация со злой птицей осталась[1]. Образ ворона в башкирской этнографии исследован известным этнографом Наилем Валеевичем Бикбулатовым. В одной из своих работ он обратил внимание на дуализм в отношениях к грачам (воронам) у башкир. «Грач, несомненно, был почитаемой птицей, с ним башкиры связывали приход весны... Культ грача был связан с силами временно умирающей и воскресающей природы, с культом предков. Праздник башкир, носящий имя грача (ҡарғатуй), был призван задобрить природную стихию, оградить себя от засухи, неурожая и других бедствий, а грачи и воскресшие предки должны были помочь в этом... Однако, с другой стороны, грач ... был связан с покойниками и смертью. Как нежелательно было столкновенье с покойником, так же неприятно было близкое столкновение в жизни с грачом. Отсюда в народе неприязнь к этой птице»[2]